Н.В. Гоголь. Гений, который любил поесть

Вопрос о том, как кулинарные пристрастия писателей находят свое отражение в их произведениях, пока еще ждет своего вдумчивого исследователя. Однако и теперь уже можно предположить, что если в тексте присутствует увлекательное описание процесса приготовления или употребления пищи, то, скорее всего, автор этого текста сам был не прочь хорошо покушать.

В самом деле, легко представить, что для описания несчастной любви героя, вовсе не обязательно самому иметь подобный личный опыт. Но, согласимся, описать вкус хорошо приготовленного блюда можно лишь при условии, что ты сам его однажды с удовольствием ел.  

„"Ничего не упомяну ни о мнишках* в сметане, ни об утрибке*, которую подавали к борщу, ни об индейке со сливами и изюмом, ни о том кушанье, которое очень походило видом на сапоги, намоченные в квасе, ни о том соусе, который есть лебединая песнь старинного повара … Не стану говорить об этих кушаньях потому, что мне гораздо более нравится их есть, нежели распространяться о них в разговорах". (Н.В. Гоголь «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»)“
* Мнишки — блюдо, похожее на сырники. Шарики из муки, яиц, творога, молока и вареного тертого картофеля формуют в шарики и жарят в масле до готовности. Подают, как и написано, со сметаной.
* Утрибка — блюдо из потрохов.

Николай Васильевич Гоголь имел безусловное право на такие слова. Современники отмечают, что с юных лет будущий гений русской словесности был, мягко говоря, неравнодушен к еде, а сказать прямо, обожал сладости.  Его карманы были всегда полны всякой вкуснятиной — конфетами, печеньями, кусками пирожков, сахара и пр. Он беспрестанно жевал липкие сладости, даже во время занятий, и соученики, бывало, брезговали дотрагиваться до его учебников. Любовь к сладкому сохранилась у писателя на всю жизнь.

Считается, что если бы Гоголь не стал великим писателем, то стал бы настоящим мастером-поваром. Особенной его любовью пользовались макароны, которые он просто обожал и есть и готовить. Когда в Италии, где писатель провел немало лет, он приходил в тратторию и заказывал любимое блюдо, вокруг него собирались посетители, чтобы возбудить собственный аппетит: Гоголь ел за четверых. И наоборот, друзья вспоминают, с каким воодушевлением писатель сам макароны готовил: „Потребует себе большую миску и с искусством истинного гастронома начнет перебирать их по макаронке, опустит в дымящуюся миску сливочного масла, тертого сыру, перцу, перетрясет все вместе и, открыв крышку, с какой-то особенно веселой улыбкой, обведя глазами всех сидящих за столом, воскликнет: «Ну, теперь ратуйте, людие!».

Специалисты насчитывают в произведениях писателя десятки упоминаний , а то и рецептов блюд самых разных кухонь — украинской, русской, европейской. Можно сказать, что еда, в том или ином виде, занимает весьма достойное место в художественной палитре мастера. Вспомним знакомую с школы комедию „Ревизор“. „Открытие“ Хлестакова началось с  того, что два приятеля, Добчинский и Бобчинский встретились у будки, торгующей пирогами и отправились к  Филиппу Антоновичу Почечуеву, к которому ранее уже была отправлена ключница за бочонком для французской водки. Пойти то они, пошли, да по дороге Добчинский почувствовал голод: „« В желудке-то у меня… с утра я ничего не ел, так желудочное трясение…А в трактир… привезли теперь свежей семги, так мы закусим».“ В трактире они и обнаружили Хлестакова, который, сам испытывая который день „желудочное трясение“, заглядывал обедающим в тарелки. Так голод сводит вместе будущего ревизора с его излишне доверчивыми подопечными.

Впрочем, уже скоро, Хлестаков признается: „Завтрак был очень хорош; я совсем объелся“ и добавляет: „Я люблю поесть.“ И, конечно, последующий рассказ о шикарной жизни вечно недоедающего любителя поесть, не обходится без арбуза за семьсот рублей и кастрюльки с супом прямо из Парижа.

Самые разные кушанья могут быть представлены у  Гоголя в сатирическом, ироническом и даже лирическом контекстах, но они всегда столь убедительны, что не приходится сомневаться: великий писатель отлично понимал какое наслаждение может подарить вкусная обильная еда и, наоборот, какие муки приносит человеку голод, особенно, если этот человек любит плотно поесть.

Гоголь оставил потомкам не только литературное, но и кулинарное наследство. Изданы целые книги с рецептами блюд и напитков, связанных с гоголевскими произведениями. В ресторанах и литературных клубах, а при желании, и у себя дома, можно отведать настоящий бараний бок с гречневой кашей или борщ с пампушками, кулебяку с разнообразными начинками, не позабыв про вареники и галушки. А там, если войти во вкус, дело может дойти и до поросенка, запеченного с хреном и сметаной. Не говоря о закусках, например о грибочках с чебрецом, с гвоздиками, мускатными орехами и смородиновым листом. И сегодня трудно устоять перед соблазном опрокинуть под такую закуску рюмочку водки, настоянной на шалфее или перегнанной на персиковые или вишневые косточки, черемуховый цвет или золототысячник. Можно смело сказать, что, любители вкусно и сытно поесть, могут получить от произведений великого писателя не меньше удовольствия, чем любители русской словесности. Впрочем, одно пристрастие совсем не исключает другого.

Жизнь, кажется, устроена так, что из нее вообще нельзя исключить заранее никакое событие. Невозможно, казалось бы, представить, что человек, оставивший роскошные описания еды, сам глубокий знаток и любитель всевозможных явств, умрет от истощения, на которое сам себя обречет. Между тем, это так. Последние месяцы своей, в общем то, недлинной жизни, Гоголь впал в глубокую депрессию, отказался от помощи докторов и фактически перестал есть. В результате он исхудал настолько, что  позвоночник прощупывался через живот. На попытки друзей отвлечь его от мрачных мыслей, писатель отвечал — надобно же умирать, а я уже готов, и умру… Почти за двадцать лет до этого, подобные слова Гоголь вложил в уста Пульхерии Ивановны из „Старосветских помещиков“. Добросердечная старушка, мастерица по части приготовления самых разнообразных кушаний, однажды вдруг решила, что пришел ее последний час. „На другой день она заметно похудела.
… Я хочу вам объявить одно особенное происшествие: я знаю, что я этим летом умру; смерть моя уже приходила за мною!

Уверенность ее в близкой своей кончине так была сильна и состояние души ее так было к этому настроено, что действительно чрез несколько дней она слегла в постелю и не могла уже принимать никакой пищи“.

Вряд ли Гоголь предвидел за два десятилетия обстоятельства собственной кончины. Скорее можно предположить, что гениальному писателю дана была способность понимания сущности человеческой и дар выразить ее в своих произведениях. Их величие в том и состоит, что каждый читатель может извлечь из них то, что в данный момент его лично касается — от кулинарных рецептов до смысла быстротекущей жизни.

 

 

категория: Литература и философия глазами предпринимателя, Статьи;

 

 

13 апреля 2014

 

 

 

 

Поддержать автора:
Карта VISA Альфа-Банка - 5486 7324 3716 4213
Яндек-Деньги - 410011930188354

 

 

Яндекс.Метрика